08.08.2014

ПАМЯТИ ВАСИЛИЯ ИЛЛАРИОНОВИЧА МЕДВЕДЕВА

Vasily«С Василием мы были дружны и неразлучны с первых лет с момента прихода в храм, то есть в конце 80-х начале 90-х годов прошлого столетия. Отношение церковной братии к нему было, скорее всего, милостивно-снисходительным или даже обходительно-сострадательным; он непосредственно выделялся среди братии как убогий доброжелательный простец. Не стыдясь своей убогости, открыто являл свою ревность по Богу, удостоверяя ее искренно, нелицемерно, временами обличительно, скромно, невитиевато; был далек от высокодушия и благосклонно был принимаем братией таким, каким он был. А он был весьма приветливым: с ребячьей радостью приветствовал всех и был ласкосерден. В Василии не было лукавства, коварства, злобы. Своего духовного мировоззрения и укоренившегося представления о вере он не менял, оставаясь таким же во все время нашего знакомства (точно гоголевский Акакий Акакиевич в «Шинели»), был «верен в малом».

Василий всегда был очень скромного положения, не искал первых, высоких мест, что, видимо, втайне помогало ему идти царским путем. В исполнении заповедей он был или старался быть незаметным: творил милостыню последней копейкой и одаривал просфорами, конфетами или иными подарками. Посещал больных, отвечал на всякую просьбу с радостью (особенно в стоянии на акафистах, молениях), безотказно следуя послушанию. Василий был чрезвычайно приветлив и обходителен в неведомой для других простоте. Никогда не кичился, ничем не хвалясь и не стесняясь своего «природного умаления», почитал себя великим грешником. Во всем проявлял бескорыстность, прямоту и иные добродетели.

Не знаю, характерно ли это для его человеческой природы, или это дар: не видел его никогда смеющимся. Он общался с ближними с желанием и немногословно, выражая только свое мнение  «о насущном».

Вообще «жил — не тужил», усердно молясь за своих домашних, но более о всем мире (как он утверждал) и церковной братии, зная наперечет даже их близких; ко всем обращался с мягкостью, никому не досаждал, но всех почитал и о всех молился простой молитвой.

Промысел Божий о себе принимал благочестиво, даже мудро. Например, проходя по дороге из храма кладбище, неоднократно неожиданно падал на землю, но, вставая, славил Бога, говоря: «Благодарю Тебя, Господи за то, что Ты не забываешь о мне, грешном». Далее не углубляясь в воспоминания и не называя всего, что обнаруживалось в нем, скажу, что негативного в нем было мало. Кроме того, он был постоянным и нелицемерным молитвенником на богослужении и неизменным участником  всех дел и начинаний церковной общины (сельскохозяйственные работы в Голубом, дежурства на охране территории храма и другие послушания).

Вот, видимо, вкратце всё, что хотелось сказать в добрую память и защиту его незаметного служения.

Помяни, Господи, душу раба Твоего Василия во Царствии Твоем.

Мир его праху, а душе – блаженное упокоение».

 

прихожанин Спасского храма до 1998 г.

Игорь Олегович Левчук